Ис 6,1-2a.3-8; 1 Кор 15,1-11; Лк 5,1-11
Братья и сестры,
В сегодняшних чтениях можете найти нечто похожее на припев, повторяемый всеми библейскими героями. Исаия говорит о себе, что он человек с нечистыми устами, Павел называет самого себя извергом, а Петр просит Иисуса, чтобы Господь оставил его в покое, ибо он – всего лишь грешник.
Разве мы отличаемся от этих великих людей? Если они считали себя грешниками, то, что должен говорить о себе я сам?
1. Если бы Иисус пришел сегодня…
Будучи в Риме, я видел довольно странные сцены. Пришлось мне жить на Пиацца Санта Мария Мажоре, в самом центре Вечного Града. Кроме великолепного храма Санта Мария Мажоре в округе было множество других церквей, монастырей и даже отделение духовной семинарии… Доминиканцы, францисканцы, иезуиты восточного обряда в Collegium Russicum, каноники и еще два или три женских монастыря… Все это вокруг красивой площади с фонтаном. Днем толпились на площади паломники, желающие увидеть вифлеемские ясли, которые хранятся в Санта Мария Мажоре. Однако, после заката, площадь наполнялась совершенно иной публикой: проститутки, трансвеститы, торговцы наркотиками… Монастыри тщательно запирались на все замки и ставни, а городом владели совершенно новые силы.
Я часто думал о том, с кем сначала повстречался бы Иисус, если бы вдруг появился на улицах Рима? Если бы Он появился где-то в окрестностях Вокзала Термини, или на Пиaцца ди Спанья, то с кем вступил бы в разговоры? Может быть, поговорил бы с ректором Collegium, в котором я жил, а может с той огромной женщиной из Колумбии, которая каждый вечер стояла на ступеньках церкви, вызывающе одета, скрывавшая лицо за грубый слой косметики? А может быть, Иисус пошел бы к неграм, спящим прямо на тротуаре у вокзала, которые каждое утро просыпались в лужах собственной мочи от ужасов наркотического сна?
Таких людей не замечают, как не замечают фонарей. Они существуют, но для того, чтобы запомнить их форму, необходимо остановиться и долго всматриваться в конкретный индивидуум. Как неприятно кошки царапают душу, когда одно из этих существ посмеет попросить у нас денег на вино, на следующую дозу наркотика… Давать, или не давать? А веры в нас слишком мало, чтобы за св. Петром сказать: “серебра и золота нет у меня; а что имею, то даю тебе: во имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи.”
Иисус говорил, что пришел к больным. Значит, что Он пришел к ним. Пришел и ко мне…
2. Что нам дает ощущение греховности?
Многие считают, что Церковь запугивает людей, все время говоря им об их греховности. Может действительно, стоило бы говорить совсем о другом? Но греховность – это наше фактическое положение. Моя и твоя грешность, слилась с нашей природой, помимо всех попыток избавиться от ее пятна. В присутствии Бога ощущение греховности становится еще более конкретным, очень реальным. Оно бывает реальным вплоть до физической боли… И в такую минуту хочется повторить Богу слова св. Петра: “выйди от меня, Господи! потому что я человек грешный. “Однако (невероятно!) Господь не уходит. Он призывает и Петра – отступника, и Павла – убийцу, и меня…, и тебя… Память о грехе дает мне уверенность, что Иисус приходит ко мне. Именно ко мне! И не происходит сие ПОМИМО моей греховности, а именно РАДИ ее. Иисус не пришел к чистым и справедливым, а для того, чтобы очистить и оправдать все, что недостойное. Посему, если ты чувствуешь себя грешным, тогда ты находишься в элитной компании избранных Богом. Ты являешься одним из Иисусовых братьев, ради которых Он терпел бичевание, венчание терновым венцом, кошмар крестного пути, надругательства и крестную смерть…
Иисус оставил задачу продолжить Его миссию на земле в руках, раньше делающих беззаконие. Это не книжники стали апостолами, а Леви – Матвей, который, будучи мытарем, наживался на соотечественниках своих, выслуживаясь римским оккупантам… Не фарисеям велел Господь благовествовать любовь, но таким людям, как Петр, которые в тяжелую минуту испытания хотели отречься от всего и бежать. И не первосвященникам показался Господь, но Павлу, руки которого испачканы были кровью невиновных… Чем грешники заслужили себе такое доверие? Лишь одним – осознанием вины и огромным сожалением. Они не притворялись другими, чем они были на самом деле. Они умели встать лицом к истине, не убегая от реальности. Они имели смелость признаться, кем они были – а ведь были грешниками!
3. Господи, помилуй
Первое и самое главное учение Иисуса звучит: “обратитесь и веруйте в Евангелие”. С обращением все ясно – откажись от зла, и делай добро. Но что это такое – Евангелие, о котором говорит Иисус? Это Благая Весть о том, что грех не является конечным предназначением человека. Грех порождает смерть, а людей Бог призвал к вечной жизни! Благая Весть говорит о прощении и об искуплении, которое было принесено Богу за грешников.
И что же может сделать грешник, узнав о святости и величии Господа? Разве должен уйти опечаленным, как тот богатый юноша из Евангелия? А может, осознав свою грешность, он должен наложить на себя руки, как Иуда? Нет, конечно! Он должен воззвать к Тому, Который имеет силу прощать грехи и сказать Ему: “Господи помилуй!”
Сколько глубины, сколько истины в этой короткой просьбе! Это единственное, о чем можно молить всегда, не опасаясь, что просьба превосходит мои силы. Я всегда достоин Божественного милосердия; именно одного Его милосердия я достоин, ибо ничего другого я не заслужил. Сия просьба – это великая молитва, истинная и единственная, которую Бог всегда благосклонно слышит. Она истекает из глубины моей испорченной природы и взывает к великолепной и неизмеримой природе Бога – к Любви, которой Он является, и которую обильно делится с нами. “Господи помилуй!” – это единственная просьба, с которой может обратиться к Богу человек с нечистыми устами, грешник, и изверг среди апостолов. Сия молитва – это преграда для гордыни и врата Божественного всемогущества. Она помогает человеку умаляться, чтобы Иисус мог расти, в чем есть справедливость и добро. Разве это для меня источник комплексов? Я не думаю так. Я слишком восхищаюсь Иисусом, Который уничтожил гордыню Павла и трусость Петра. Я слишком занят Богом, который Серафиму велел огнем очистить уста пророка Исаии.
Я грешен, но несчастным себя вовсе не считаю. Мой грех похож на недуг, с которым можно и должно бороться. Ведь никто не хочет быть больным навеки. И я тоже не хочу в грехе ходить. Скажем, что я: больной, “идущий на поправку”. Это довольно симпатичное название для того неприятного положения, правда? Я на лечении, прохожу сложную терапию. Знаю, что она пойдет мне на пользу, ибо жив Первенец, Который всех нас вырвал из рук смерти и показал нам новый путь жизни. Это Иисус, мой Господь, да святится имя Его. Аминь.
